Архив рубрики «Выбор камня»

Сидят, как выстрел из ружья. «Сидят» и «как выстрел» странно, но – верно. Равновесие между движением и статикой – что это как не гармония в скульптуре. Йокубонис наделен этим гармоническим даром. Движение схвачено в характерный момент и остановлено. И миг остановки вбирает в себя всю полноту предшествующего движения. И – движения будущего. Может быть, всего [...]

«Мицкевича» мастер посещает трижды в день. Он скучает без него. Промежуток между старой и новой работой – радость, смятенье, раздумье и даже растерянность, не поддающаяся определению и описанию. Захватывающе интересно наблюдать за мастером до того, как его детище – его скульптура установлена. Мастеру всегда трудно расстаться со своей работой. Он приходит к ней в разное [...]

Я сказал о выражении лица. Лицо творящего поэта. Восторженно-страдальческий облик. Глубина. Без мистики. Это скорей напряжение импровизатора, чем прорицателя. Впрочем, это зависит также от вашего настроения. Сегодня вечером я увидел его молодым поэтом. С Гражиной и Конрадом. Думаю: как надо знать материал, и как соотносить его со своим цельным замыслом, и как сочетать его с [...]

Мы вспоминаем разрозненные строки Мицкевича. Вижу: Гедиминас знает поэзию Мицкевича. По-своему пережил ее. Впервые вылепил Мицкевича из пластилина. Дело было в 1978 году в Паланге. Беглый слепок. Экспромт. Так было с «Матерью» в 1958 году. Вылепил и слепок послал домой по почте. Мать, прежде чем стать на пьедестал, проделала путь в почтовом вагоне. У каждого [...]

Никогда не делал портрета, показывая один лишь какой-либо этап в жизни моего персонажа. Стремлюсь отобразить сумму характерных черт человеческой жизни – юности, зрелого периода, старости. Вот и в фигуре Мицкевича отразилась юность – вильнюсский период, а в лице грусть и трагизм, которыми была насыщена его дальнейшая жизнь… Рядом со «Святой Анной» Чувствую, как Йокубонис волнуется, [...]

Памятники Адаму Мицкевичу стоят в Варшаве, Париже, Кракове, Познани, Львове. Он изображен где с посохом, где без него, в позе пилигрима и изгнанника. В Вильнюсе он поставлен по месту прописки – здесь протекла его юность. С пьедестала он смотрит на узкие кривые улочки своей ранней поры. Словно он хочет вымолвить: «О, Литва, моя Отчизна!..» Вхождение [...]

Что же касается сюжетов, то здесь скульптор по той же традиции, пожалуй, больше других животных любит медведя – его однофигурные, двухфигурные, трехфигурные композиции мы встречаем и среди станковых, и среди монументально-декоративных произведений художника. А.С.Цветков – художник-труженик. Он нередко возвращается к уже завершенным, казалось бы, работам, иной раз ставит на станок и те, что уже побывали [...]

Видеть! Глазами. Душой. Вглядываться. Сопоставлять. Думать. Райнер Мария Рильке говорит об Огюсте Родене: «Ему не нужны рассказы, он не хочет знать ничего, кроме того, что видит. Но он видит все». Примечательно! йокубонис молчалив. Не от скрытности. От нежелания словами снижать впечатления от увиденного. Роден отвечает на трудный вопрос Однажды Родена спросили: – Какое из своих [...]

Выставка открылась – выставка закрылась. Памятник остается, если не навсегда, то надолго. Он у всех перед глазами. Он достопримечательность. Возле него назначают свидания. Он входит в экскурсионные маршруты. В рельеф города. В наш быт. Поэтому здесь вредна суета, поспешность. Монумент нужно додумать и довершить. Единственный в СССР музей монументальной скульптуры есть в Каунасе. В нем [...]

Он молчалив. Чувствуется, что порой ему трудно поддерживать общий разговор. Замысел крепко держит его в своих когтях. Подчас он охотно рассуждает вслух. Замысел его на минуту отпустил, Йокубонис говорит о жизни и искусстве. И вот он веселеет. Меняет прическу (гребенка, так же как и перочинный ножик, – при нем), предстает в облике общих знакомых, копирует [...]

Спокойной простоты здесь нет – все напряжено, наэлектризовано. Напряженность, волевая собранность – ради познания истины. Метод ее работы родился из души, широкой и мятущейся. Помните великолепную архитектоничность ее раздела на групповой выставке на Кузнецком? Это был как бы расчлененный готический храм со стройными колоннами, аркбутанами, скульптурами, затейливыми окошками и столбиками. И будто бы слышалось в [...]

События этой поры лирически вписались в жизнь поэта. Венажиндис любил девушку, отец которой поддерживал повстанцев и был сослан в глубь России. Поэт тяжело переживал разлуку с любимой. Возвышенная любовь, страдание, мечта – все это наполняет поэзию Венажиндиса, над образом которого увлеченно работал Йокубонис. Мастер пишет мне о своем любимом поэте: «Я встретился с Венажиндисом в [...]

Как совместить в образе индивидуальное и эмблематическое, предлагаемую реальность и символ? Как передавать своеобычное и общее? Надгробие Костаса Кубилинскаса, разумеется, создано не только для тех, кто видел поэта. Добро – я его знал, помню. Но приходят новые поколения, и в образе, созданном Иокубонисом, узнают (да, узнают!) автора популярных стихов для детей. Образ продиктован не только [...]

«Молчаливая и скрытная» Природа – великий скульптор и великий архитектор. Она подсказывает тому, кто умеет в нее вглядываться, кто хочет учиться у нее и доверяет ей. Природа не хочет приоткрывать свои тайны. Их надо разгадать. И скульптор разгадывает эти тайны. С этой точки зрения интересно взглянуть на историю скульптуры. Скульптура – искусство повелительное. Что-то в [...]

Возвращаясь к «Майронису» Я увидел его -в который раз -снова. В хмурую погоду, под монотонное хлюпанье дождя. Из темной глыбы выглянуло лицо. Мне показалось, что широкий нос Майрониса оседлало пенсне (ему полагается там быть). Как скульптор внушил мне эту иллюзию? Я вижу пенсне, которого нет. Конечно, скульптура все та же и на том же месте. [...]

В одно из посещений мастерской на месте, где стоял «Фридрих Энгельс», я увидел «Витаутаса Путну», воина. Путна, а за спиной его конь, левая рука Путны держит коня под уздцы. Лапидарность, обобщенность, ничего отвлекающего внимание. Йокубонис монументалист не только по жанру, по виду искусства, он монументалист по образу мыслей, по способу обозревать мир. Его Путна молод, [...]

Статный, красивый, стройный, изящный, выставил левую ногу вперед, руки за спиной. Он во фраке. Таким я видел его живым на улицах Вильнюса и Каунаса, таким предстал он передо мной в Паланге, на берегу – все его узнавали, раскланивались. Он шел, как корабль среди лодок. Здесь он под небом Вильнюса, над ним зелень деревьев, за его [...]

Мы говорим о небольшой, к сожалению, сохранности народных произведений. Многие пропали. – Не столько войны уничтожали, сколько коллекционеры, – вставляет Йокубонис грустную шутку. Смуткялисам нельзя подражать. И Йокубонис, конечно, не повторял их. Но с детства смотрел на них, точнее – душевно видел их. И образы откладывались в нем. И, если хотите, – при фантазии – [...]

Я уже сказал, что вижу в Матери, созданной Иокубонисом, свою мать. Мне говорили мои спутники: каждый из них вспоминал нечто личное, близкое, теплое. Мне еще вспомнилась «Моя мать» И.Мештровича, созданная в 1909 году. Они разные – матери Мештровича и Йокубониса, но они перекликаются через десятилетия, как все матери мира в тяжелый час испытаний их народов. [...]

- Вы заметили, что женщина стара, но на ее лице нет морщин. Никаких деталей. На пути к признанию Кто только не вторгался советами и пожеланиями в душу мастера. Предлагали воздеть руки Матери к небу. Сделать фигуру более патетической. Высечь на постаменте, на четырех его гранях барельефы партизан. Йокубонис настаивал на своем решении. Скульптору пришлось столкнуться [...]